О ФОНДЕ | ПОРТФОЛИО | ОТЧЕТЫ | ГАЛЕРЕЯ | ПРЕССА | КОНТАКТЫ

Мемориальная доска Анатолию Солоницыну в Богородске, фото предоставлено Верой Звездовой

 

РУБЛЕВ ИЗ БОГОРОДСКА 

Есть художники, сумевшие выразить вечное. Их немного, но это великие творцы. Актер Анатолий Солоницын из их числа. 

В мае 1999 года на малой родине Солоницына в Богородске была открыта мемориальная доска. На ней актер изображен в образе Андрея Рублева – главной роли его жизни.

Примечательно, что инициатива исходила не от нижегородских или московских культурных чиновников и даже не от Союза кинематографистов, а от частного лица – нижегородского пенсионера Вячеслава Михайловича Ковязина. На его деньги и была заказана мемориальная доска, а приезд в Богородск родственников великого актера и президента Международного кинофестиваля славянских и православных народов Николая Бурляева финансировал отдел культуры газеты «Нижегородские новости», который я тогда возглавляла. Мы просто выделили часть средств от гранта, полученного от АНО «Единство журналистики и культуры». Потом было много разговоров о необходимости организовать в Нижнем Новгороде кинофестиваль имени Анатолия Солоницына или как-то иначе вспоминать о нем 30 августа, в день рождения актера, но, как обычно бывает, дальше разговоров дело так и не пошло. Не умеют сидящие в чиновничьих кабинетах обращаться с духовными богатствами, которые нам достались. Или не хотят.

Слава Богу, в краеведческом музее Богородска сегодня представлена богатая экспозиция, посвященная жизни и творчеству выдающегося земляка. В ней и раритетные фотографии, и рисунки актера, и его стихи, и, конечно же, видеозаписи фильмов – с ним и о нем.

Род Солоницыных – это мощный род, это несколько поколений русской интеллигенции, а корни его уходят в глубь нижегородской земли. В XVIII веке в наших краях был известен Захар Степанович Солоницын, которого называли «ветлужским летописцем». Но был он еще и знатным, как тогда говорили, богомазом. Закончив духовную семинарию в Вятке, Захар Солоницын остался в ней преподавать. Однако в руки Тайного Приказа попали письма, которые Захар Степанович писал своему однокурснику, уехавшему продолжать образование в Париж. Письма были весьма вольные. Более того, содержали крамольные мысли о необходимости переустройства России, за что Солоницын и был изгнан из монастыря. Его сослали на жительство в глухие северные места, где он, вместе с Зотом Безденежных, основал починок Зотово Тоншаевской волости (ныне деревня Зотово Тоншаевского района Нижегородской области). Церкви в те годы здесь не было, и, чтобы добраться в Тоншаево, на службу в местный храм, Захар Солоницын проложил себе топором дорогу, по которой ежедневно и ходил к обедне. Дорогу по сей день так и называют – Захарова тропа.

Сохранился автопортрет Захара Солоницына, написанный красками на крестьянском холсте. В своей книге «Ветвь», посвященной Анатолию Солоницыну, его брат Алексей рассказывает об этом портрете: «С холста смотрит человек уже поживший, с длинными черными волосами, курчавой бородой, темными глазами. Взгляд испытующ, суров. В руке он держит книгу, там текст: «Помышляю день страшный, плачу деяний моих лукавых…»

Захар Солоницын, иллюстрация из книги Алексея Солоницына ВЕТВЬ Анатолий Солоницын, фото из книги Алексея Солоницына ВЕТВЬ Мемориальная доска Анатолию Солоницыну в Богородске, фото предоставлено Верой Звездовой Фото предоставлено Верой Звездовой

Захар Солоницын написал несколько книг. В основном, это наставления и поучения в духе христианской морали, но есть и светская литература. Исторический сборник XIX века «Костромская старина» содержит множество ссылок на труды Захара Степановича. Так что прадед актера был человеком незаурядного дарования и способностей.

Позже в деревне Ошминское Тоншаевской волости практиковал сын Захара Степановича, Федор Солоницын. Сельский врач был принят в члены Нью-Йоркского гипнотического общества, поскольку, помимо прочего, обладал уникальным талантом – лечить людей посредством гипноза. Он умер в возрасте 45 лет, во время эпидемии тифа, заразившись от больного крестьянина. Похоронили Федора Захаровича в церковной ограде местного собора, как особо почетного гражданина.

Его сын Алексей Федорович, отец Анатолия Солоницына, в 1950-е работал редактором газеты «Богородская правда». А поскольку человек он был талантливый, его вскоре пригласили ответственным секретарем в газету «Горьковская правда», а через некоторое время – собкором «Известий». Ему-то в 1964 году краевед Павел Севастьянович Березин из Тоншаево и прислал свое исследование о Захаре Солоницыне.

Кстати, в Тоншаеве, в отличие от Богородска, где к 90-м годам ХХ века о Солоницыных мало кто помнил, память о них хранили всегда. В местном краеведческом музее роду посвящена специальная экспозиция. Краевед Николай Солоницын проделал огромную работу по созданию генеалогического древа – оно насчитывает более 700 имен. Музейные сотрудники много времени провели в Ветлужском и Нижегородском архивах, и им удалось обнаружить фрагменты рукописи Захара Солоницына, их также можно увидеть в музее. Ведется поиск и его автопортрета, но, к сожалению, пока безуспешно. Чудом сохранилась лишь фотокопия, сделанная П.С. Березиным много лет назад…

Когда провинциальный актер Анатолий Солоницын (в то время он работал в Свердловском театре) узнал, что его прадед был иконописцем, он окончательно утвердился в своем решении просить Андрея Тарковского сделать его фотопробу. Его никто не приглашал и не ждал, он собрался в Москву на свой страх и риск.

– Я бы не поехал… Я бы не стал мучить себя, – признавался он позже родному брату. – Но я поверил, что играть Андрея Рублева должен именно я. Потому что у кого же еще из актеров есть такой предок, как Захар Солоницын? Они увидели, что не самолюбие привело меня на съемочную площадку, а что-то другое…

И он приехал. И предложил себя Тарковскому на главную роль…

Много позже прославленный режиссер вспоминал, что пришел какой-то сумасшедший: «Сделайте фотопробу!» – и исчез. Консультантом «Андрея Рублева» был знаменитый Савва Ямщиков, крупнейший знаток древнерусского искусства. Когда он собрал своих реставраторов, Тарковский – веером – разложил перед ними пятьдесят (!) фотопроб: «Который из них Рублев, покажите». И все, как один показали на Солоницына.

Эту фотографию актер хранил всю свою жизнь. И именно она запечатлена в мраморе на памятной доске в Богородске.

… В 1999 году, накануне торжественного открытия мемориальной доски, я связалась с теми, кто работал с Анатолием Солоницыным на съемочной площадке.

Маргарита Терехова, народная артистка России:

– Я всегда говорила, что Анатолий Солоницын останется лучшим актером ХХ века: он же актер Андрея Тарковского, фильмы которого будут смотреть вечно. «Андрей Рублев» – это вершина мирового кинематографа. Но Толя попадал «в десятку» в любом фильме, где бы он ни играл. Он был изумительное существо, и поэтому – очень гонимое. К сожалению.

Владимир Гостюхин, народный артист Белоруссии:

– Для меня Толя – человек совести, невероятной внутренней порядочности и большой требовательности к себе и к миру. Внутри его образов всегда как будто трепетала боль за несостоятельность этого мира, и он мучительно страдал от его несовершенства. И в то же время он был веселым человеком. С ним было хорошо. Глубоко.

Вадим Абдрашитов, народный артист России:

– Масштаб личности Анатолия Солоницына соизмерил талант и значение для русской культуры гения Андрея Рублева. На экране состоялась личность Рублева, поэтому получился великий фильм.

Вера Звездова

В настоящей публикации использованы иллюстрации из книги Алексея Солоницына "Ветвь" и фотографии, предоставленные Верой Звездовой

Материал опубликован на сайте Галины Филимоновой в рамках проекта "Места памяти"



Перепечатка материалов - только с согласия Галины Филимоновой при соблюдении авторских прав.
Ссылка на источник обязательна.

    На главную
 Контакты
© Галина Филимонова
Все права защищены!